Article Index

 

Глава 2. Роковое фортепьяно


Люди живут в разных измерениях. Я постоянно забывал об этом, никак не мог вникнуть в механизм, разделяющий нас. Объяснение этого феномена «вавилонским столпотворением» меня, естественно, не удовлетворяло.

Казалось, если человек рядом, если ты с ним говоришь и он понимает тебя, отвечает тебе, – значит, мы одинаково оцениваем окружающее, одинаково смотрим на вещи. Оказалось, все не так. Измерение производится сознанием, а оно зависит от множества факторов. Если у двух людей не совпадают ритмы дыхания или сердечных сокращений, острота зрения или внутричерепное давление, не говоря уже об эмоциях, чувствах, мыслях… Да что там! Даже различный возраст или социальный статус, или материальное положение создают особые ритмы, объединяющие людей в разные группы и слои. О! Эта аранжировка не так проста, как кажется. Но почему я все время о ней забываю?!

Я мучился этим вопросом, лежа на диване в квартире своей тещи, после того как пожелал ей доброй ночи. Она всегда являлась для меня идеалом женщины. Блеск ее больших черных глаз, звонкий, чуть с хрипотцой, голос, отточенная речь, выдававшая потомственную аристократку и вечная сигарета в тонких, окольцованных золотыми перстнями пальцах, обволакивавшая облачком дыма вишнево раскрашенные резные губы, ее статуэточная, подтянутая, почти юношеская фигурка – все дышало жизнью. Она была активным трудоголиком.

Адвокат, юрист высшей категории, Вера Иннокентьевна, безусловно, имела в жизни выходы к Богу, в высшее сознание. По крайней мере, мне так хотелось думать. Будучи выпускницей юридического факультета, она вместе с младшей сестрой перенесла ленинградскую блокаду и клиническую смерть. В ее глазах было море тепла и света. А сколько добра она сделала для людей! То, как стойко она держалась в жизни, сохраняя при всех невзгодах уникальную чувствительность души и сострадательность к чужому горю, было не единственным подтверждением ее исключительности. Она была оригинальна в каждой мелочи: от одежды и манеры общаться до уникальности каждой фразы в своих адвокатских защитах. Это была женщина редкого, высокого ума.

В тот год я в очередной раз приехал в Азию, в маленький городок моего детства, с единственной целью – забрать свою тещу и увезти на Кавказ, где уже два года как для нее была куплена квартира. Она дала окончательное согласие, назавтра уже был заказан контейнер под вещи и мебель, но… Все уперлось в это поистине дьявольское фортепьяно, в черный ящик, ни на что не годный хлам. Видите ли, без него она никуда не поедет и лучше мне вернуться назад, чем тратить время на бесполезные уговоры.

Мы были с ней лучшими друзьями, никогда не ссорились, и я не представлял своего существования без этой женщины, как и мои дети, привыкшие к бабушкиным подаркам и вниманию. Она всегда понимала меня с полуслова. Она обожала меня, ценила, одаривала, хвалила везде, где только представлялся случай. Она была без ума от своего зятя. И вот теперь мы враги из-за какого-то барахла, взамен которого я уже купил ей в Грозном новенький, изготовленный по специальному заказу инструмент.

Когда я ехал к ней, то ни на миг не сомневался в ее согласии отказаться от старого фортепьяно. К сожалению, я не мог посвятить ее в предзнаменование, которое открыли мне Высшие силы через святого Арсэля. Это было похоже на киноленту Хичкока. Во время ночной молитвы мне продемонстрировали весь процесс будущей смерти Веры Иннокентьевны в мельчайших подробностях и сообщили, что жить ей осталось три месяца. С тех пор месяц уже пролетел. Он ушел на поездку и раздумья о том, как избавиться от злосчастного фортепиано, которое играло не последнюю роль в гибели близкого мне человека. В моем видении именно с его помощью через выстроенную мною защиту прорвется в дом птица смерти – огромный филин, подобно мифическому богу смерти Танату, разрывающий грудь своей жертве и уносящий жизненные силы. Эта сущность будет ждать своего момента внутри черного ящика.

Теща выкупила старенький инструмент у своей бывшей соседки, женщины ее же возраста – Магдалины Викторовны. Та вела прямую наследственность от Александра Грибоедова, автора знаменитого «Горя от ума». Его пра…правнучка, неизвестно как оказавшаяся в Средней Азии, жила в провинциальном Караколе в собственном домике и имела обыкновение давать приют бродячим кошкам и собакам. Она была приятным и добрейшим существом, но, согласно признакам, описанным доктором Нордау, черты вырождения сквозили во всем ее образе жизни, в дебильного вида племяннике и племяннице, их потомстве. К тому времени, как мы познакомились, в комнатах Магдалины Викторовны на постоянном жительстве числилось не меньше двух десятков кошек и собак. Она их обожала, купала, кормила и позволяла им все. Черное фортепьяно служило им подиумом, а порой и писсуаром, если в порыве бурных восторгов или неожиданных стрессов случалось недержание мочи.

Я подозревал, что теща оценивала старинную вещь как раритет, представляющий антикварную ценность, надеялась отремонтировать, отмыть и оставить на память любимой внучке, которую сама прекрасно обучила игре на фортепьяно. Поскольку мастера упорно отказывались от реставрации «черного ящика», а стойкий запах кошачьей мочи не думал отступать, я нисколько не сомневался в том, что с легкостью уговорю Веру Иннокентьевну отказаться от фортепьяно. Но не тут-то было! Она уже второй день как перестала разговаривать со мной, а завтра уже привезут контейнер для погрузки вещей. Утром во что бы то ни стало нужно прийти к компромиссу. Я пытался прояснить для себя ее мотивы, мир-измерение, в котором живет семидесятилетняя женщина, и пришел к неутешительному выводу: она целиком роботизирована, действует под строгим операторским контролем, она мертва. Любая попытка вернуть ее к осознанности вызывает истерический протест. Пришлось сдаться.

На следующий день контейнер с черным фортепьяно уже грузили на платформу, а я возвращался на Кавказ. Прощаясь, Вера Иннокентьевна сказала:

– Спасибо, дорогой, Это мой талисман, и без него я никуда. Прости старуху и до скорой встречи.

На борту самолета и в салоне экспресса я пытался решить мучившую меня проблему: как противостоять фатальности. По сути, мать моей жены создала субъективную идею «талисмана» в своем воображении. Почему же об нее разбились все мои усилия, здравые доводы рассудка? Неужели мысле-образ человека, искусственный и механистичный, обладает такой силой, что может спорить с объективной реальностью?

Будучи бессилен что-либо ответить на эти вопросы, я адресовал их незабвенному Арсэлю. Сразу же в моем уме выстроилась четкая схема трех разных реальностей, находящихся как бы одна в другой. Первая – Божественный мир, форма существования Всевышнего, или абсолютная реальность, непостижимая для человеческого понимания. Вторая реальность – созданная сознанием Всевышнего и определяемая людьми как объективная, частично доступная пониманию. Все царства природы, включая человека, являются объектами этой второй реальности. И, наконец, третья реальность – это мир, созданный сознанием человека, или субъективная реальность, в которой существуют и действуют люди, общество.

Такое сложное мироустройство было совершенно не доступно для моего ума, и я попросил Арсэля попроще разъяснить мне, каким образом три реальности взаимодействуют друг с другом. Оказалось, Абсолютная реальность Сам Господь изначально управляет всеми мирами, но никак не проявляется в них, и ни одно существо не в состоянии постигнуть Его суть.

Люди, как объекты второй реальности, способны осознавать себя в качестве персональных и частично отражать (понимать) другие объекты, благодаря проистекающему от них Свету Всевышнего. Однако восприятие человеком себя и других объектов проходит через субъективный разум, оформленный как система принятых людьми значений, понятий, символов. Таким образом, выходит, что мы живем отраженным светом в системе принятых значений. В этом суть субъективной реальности. Объективное познание – самая высшая и самая трудная функция, пока еще не освоенная людьми. Полностью подчиняясь объективным процессам, они вынуждены жить в мире субъективных иллюзий, являющихся по отношению к настоящей действительности псевдореальностью.

– Значит, – спросил я Арсэля, – фатальность судьбы человека и общества обусловлена второй реальностью, Сознанием Творца, системой созданных Им законов?

– Не совсем так, – последовал  ответ, – вторая реальность, объективный мир, имеет огромный творческий масштаб, ограниченность фатальности проистекает от субъективного сознания, не способного развиваться и входить в резонанс с Божественным. Из-за этого человек становится подобен роботу, отстает от законов развития, теряет связь с собственной душой, с вечным Духом. Такие люди подпадают под действие жестких кармических механизмов. Иисус характеризовал этот тип людей как ходячих мертвецов. Таковы они и есть. Их судьба – фатальность.

Объяснение Арсэля меня крайне удивило, и я начал размышлять. Священные писания утверждают, что вселенная является искусственным созданием Творца, между тем как история человечества, его современное состояние и деятельность подтверждают тот факт, что люди – роботы. Они управляемы, предсказуемы, ими легко манипулировать, их конечная материальная субстанция состоит из частиц, свойственных всей природе, и управляется особым типом технологии, не доступной самому человеку. Так же, как придуманная людьми машина – робот – может воспринимать окружающее только через внедренные в нее индикаторы, так и человек ограничен набором имеющихся в его распоряжении ощущений. Их диапазон до смешного скуден, и даже передовая наука с ее арсеналом самых современных технических средств рисует нам довольно примитивную картину мира.

На сегодняшний день язык человека крайне ограничен, чувственно – эмоциональная сфера недоразвита, знание поверхностно. Он может мыслить и обучаться только в рамках узких конкретно исторических масштабов и методов. Ему, как говорят физиологи, подобно кролику, неизвестны замысел и намерения экспериментаторов. Высшие силы управляют атомными структурами человеческого мира через высокочастотные гравитационные и другие энергетические поля, не давая людям возможности понять сути этих полей, их законы и механизмы воздействия. Они не включили этот познавательный аппарат, эту гносеологическую программу в искусственный разум человека-робота. По этой причине даже высокоинтеллектуальные люди могут отрицать существование Бога-Создателя. Скорее всего, эта программа и есть тот плод с Древа Вечности, который дает высшим существам бессмертие. Согласно легенде, она явилась причиной, по которой Адама и Еву лишили возможности оставаться в раю.

Люди-роботы не могут произвольно изменить свой стереотип поведения, свой характер, вытекающий из заложенных в них кодовых программ. Особенно сильны генетические механизмы и способность к подражанию себе подобным как основная форма обучения и деятельности. По этой же причине люди не знают основных законов вселенной, им позволено лишь частичное постижение явлений созданного Высшим Разумом мира, который их окружает. Они не осознают последствий своей деятельности, не способны делать выводы из собственной истории.

Людям-роботам неподвластны мышление и деятельность их Создателя, но они по этому поводу составляют собственные субъективные представления, дабы заполнить нишу отсутствующей информации. Так возникают мифы, религиозные и научные идеи, внушаемые землянами друг другу. Для них остаются неизвестными и непонятными причины многих явлений: предназначения, рождения и смерти, болезней и старения, войн и общественных кризисов, космоса и других миров, природы и научно-технического прогресса. Даже земной мир с его минеральным, растительным, животным, человеческим и духовным царствами до сих пор остается загадкой для людей-роботов.

Люди регулярно уничтожают друг друга и ничего не могут с этим поделать, так как программа естественного отбора, заложенная создателями в животном царстве, действует неукоснительно и в социуме для селекции наиболее устойчивых и жизнеспособных особей.

Неподвластна человечеству и временная (темпоральная) программа, связанная с протеканием как организмических, так и вселенских процессов. Эйнштейн сказал: «Различие между прошлым, настоящим и будущим – всего лишь иллюзия, хотя и весьма стойкая». Человек же этого не ощущает и от эпохи к эпохе не меняется, что также подтверждает вышесказанное.

Большинство из людей – недоразвитые существа с высоким самомнением, которые сами не знают, чего хотят, но претендуют на исключительность. Они легко склоняются к греху, разврату, деградации. Примитивная политика «разделяй и властвуй», сплочение посредством создания образа врага и потребность выживания – по сей день движут массами наших современников. Из-за подобных стереотипов человечество за тысячи лет не смогло породить нормального цивилизованного сообщества ни в одной стране мира, несмотря на огромное количество христианских, коммунистических и других гуманных теорий. Эта мечта остается несбыточной утопией от Платона до Томмазо Кампанеллы, от Владимира Ленина до Шри Ауробиндо, хотя и сегодня существуют социалистические государства, ашрам-городок Ауровилль, израильские киббуцы и другие формы социума, безуспешно пытающиеся создать идеальный вариант человеческого общежития. Но получается, как всегда, идеальная карикатура.

Психологическая наука дает убедительные доказательства примитивной сути человека-робота, но самое убедительное тому подтверждение – научно-технический прогресс. Не будь человек роботом, его эволюция шла бы путем совершенствования его душевных качеств и простоты внешнего существования, о чем всегда пеклись святые люди. Сегодня делаются попытки осознать факт воспроизводства (рождения) человеко-роботов как механизм клонирования. Вместе с тем это явление, наряду с трансплантацией и внедрением в тела людей искусственных органов, есть очередное яркое доказательство биороботизированной сущности человека.

Все же мои субъективные представления склонялись к тому, что фатальность судьбы человека и общества, их предопределенность обусловливались второй реальностью, сознанием Творца, системой созданных Им законов. Субъективная реальность в этом случае могла иметь две тенденции: совпадать или не совпадать с объективной.

Но у Арсэля была другая точка зрения, и понять ее у меня не хватало ума. Он пояснял, что свобода воли – объективный и неизменный закон, относящийся ко второй реальности. Согласно ему, каждый человек сам является хозяином своей судьбы и предопределяет всю свою жизнь собственным субъективным сознанием. Это есть ключ к пониманию субъективной реальности.

– Иначе зачем мне было убеждать чеченцев, чтобы они изменили свои взгляды на материальные ценности? – говорил святой дервиш. – У этого народа коллективное сознание очень восприимчиво к субъективному мнению лидеров, материально процветающих и сильных представителей нации. Поэтому лидер может существенно повлиять на массы. Это способен сделать любой из авторитетных старейшин, и каждый мальчишка станет ему подражать. Я был послан к вайнахам потому, что они избраны Всевышним для особой миссии, и она еще не завершена. Она так же связана с определенным прекрасным свойством их коллективного сознания – с душевной приверженностью исламу. В этом случае отношение к богатству и нравственным ценностям должно быть тщательно выверенным и не может выходить за рамки дозволенного. Такие взгляды  проповедовали Тамашена  и Авла долгие годы, то же самое говорил и я. Но народы сами выбрают свою  судьбу. И в этом смысле все они одинаковы.

Арсэль побуждал меня увидеть великую силу субъективного сознания, силу человеческого слова и мысли. Выходит, люди имеют такую жизнь, какую они выстраивают своим сознанием, получают то, что сами просят? Значит, они не роботы в таком случае? Значит, они сами ставят программу собственной судьбы?

– Пойми, – диктовал моему мозгу Арсэль, – жизнь, которую моделирует и затем проживает человек, – это целиком субъективная жизнь, его личная реальность. С объективной точки зрения она может быть хорошей, а субъективный ум воспринимает ее как плохую. И наоборот, субъективному сознанию она может казаться прекрасной, а по сути будет отвратительной.

Тут я вспомнил, с каким презрением смотрели на моего друга многие люди, думая, как низко он пал, если одет в лохмотья. Как явственно выражали они свое превосходство и снобизм. Вот в чем состоит фатальность! В незыблемости установок, которые принимает для себя человек. Зная, чего он желает, можно сказать, какой будет его судьба. Не поэтому ли просветленный Будда призывал людей только к одному – к отказу от желаний, от установок? Да, но многие люди, как известно психологам, скрывают свои истинные желания порой даже от самих себя. Скрытое желание, скрываемая цель, неосознаваемая установка еще более цепко держат человека в своих когтях. Но какова в таком случае роль объективной реальности?

– Объективная реальность - это выстроенная Сознанием Творца колыбель жизни с ее незыблемыми законами, которые ни одно существо не может нарушить ни при каких обстоятельствах, – сказал Арсэль. – На ее защите стоят Херувимы и Огненный меч. Это предопределение, фатальность высшего порядка для всего сущего, ее непреодолимая сила сметает все, что противоречит ее законам. Сам дьявол действует только в иллюзорной субъективной сфере, он знает свое бессилие перед Сознанием Творца. Поэтому происки лукавого, в первую очередь, направлены на растление сознания самого человека через обольщение его мысленных и чувственных форм. Плюс и минус, Бог и Дьявол, Свет и Тьма, Добро и Зло. Между двумя этими полюсами расположен целый спектр оттенков, но внимание должно быть направлено именно на главные ориентиры – Добро и Зло.

Если кто-то субъективно выбрал полюс Добра, то его судьба, согласно законам объективной реальности, сложится одним образом, если же он в своих помыслах и деяниях придерживается полюса Зла, то фатально подпадает под другие законы. В этом и заключается предопределение, так нужно понимать его согласно Корану и Евангелию. Будь особенно внимателен к человеческому выбору и не упускай этот момент из поля зрения при контактах и анализе. Как бы ни лукавил человек, анализ его поступков позволит тебе увидеть истинную суть его мотивов: нарушают они заповеди Бога нашего или нет. Когда исламские философы делят предопределение на большое и малое, им не удается полностью разъяснить этот вопрос.

Полученных знаний было больше, чем мог сразу переварить мой мозг, и я «отключился», откинувшись в кресле «Икаруса». Сквозь сон до меня доносились разговоры пассажиров и звуки какой-то мелодичной песни на стихи Есенина, но в ум почему-то полезли разные строчки из любимых мною стихов Блока. Они очаровывали блеском языка, поэтической метафоры. Перед глазами поплыли шелка «Незнакомки», дворцы Равенны, птица Сирин, скакали скифы, в венце из белых роз шествовал Христос с красным флагом… Но исподволь, отдельными фразами и образами, нагнеталась безысходная тоска, особенно ощутил я ее в стихотворении «Предчувствую тебя. Года проходят мимо…». После него появилось мертвенное лицо Блока. Оно, как бы в агонии, хрипело:


Двадцатый век. Еще бездомней,

Еще страшнее жизни мгла.

(Еще чернее и огромней

Тень Люциферова крыла).


Потоком полилась ёрническая фразеология Гейне, которого переводил перед смертью Блок, качнулось от пули тело Лермонтова с бледным лицом под офицерской фуражкой. Он тоже обожал словоблудного Гейне. Зачем Лермонтов спровоцировал Мартынова на дуэль? Нет, это не он, это дьявол спровоцировал, внедрившись в сознание поэта, зараженное поэзией Гейне. Вот и Есенин в петле, а тонкотелая умница Зинаида Гиппиус отстраненно несет свои обольстительные бредни. Сколько слов, сколько дьявольских хитросплетений! В их бессмысленном вихре вспыхивали картины: большое, изможденное лицо Блока на худеньком, как у девочки, тельце подростка в цветастом платьице (так любила одевать его в детстве мать-оккультистка); укоризненные глаза чахоточного отца Блока, тяжело страдавшего от стихотворчества сына; отец умирает от истощения под истерический хохот своей жены, радующейся стихийным бедствиям и гибели людей. Все это перемешалось в вихре бесчеловечной русской революции и кровавого марша двенадцати вооруженных боевиков по петербургской мостовой. Потом все стихло, погрузилось во мрак, и какая-то костлявая беззубая физиономия, вынырнув из темноты, улыбнулась мне так, что я вскрикнул – и очнулся в поту.

В автобусе было жарко, рядом в кресле спал сосед-попутчик, а за окном надвигалась привокзальная площадь Нальчика.

«Надо быть предельно внимательным, – решил я, – нельзя поддаваться очарованию слов. С этого момента ставлю под контроль каждую услышанную фразу. Спасибо тебе за святую науку», – мысленно поблагодарил я Арсэля, и в моем мозгу тут же всплыла его очаровательная  улыбка, которую редко видел я наяву.

Вслед за этим пришло воспоминание. Мы с Арсэлем стоим на площади районного центра, маленького городка Шали. Огромную площадь, окруженную административными зданиями, венчает высоченная, метров двенадцати, статуя Ильича из белого мрамора. Вождь вытянул вперед правую руку, указывая народу путь к коммунизму – собственной безумной идее, муссировавшейся им в десятках томов. Девять утра, весеннее солнце радостно льет теплый, ласковый свет, но красивый пейзаж портит одна досадная деталь: на вытянутой руке вождя пролетариата висит помойное ведро. Представители власти бегают, суетятся, возмущаются хулиганской выходкой, толпа школьников хохочет и выкрикивает какие-то пошлости. Из-под капюшона старца мелькнула легкая улыбка, серебром блеснули усы и коротко подстриженная бородка. Но вот подогнали грузовик с длинной лестницей, двое рабочих взобрались по ней к руке вождя и снимают ведро. Оно оказалось очень тяжелым и полным… дерьма. В момент, когда один из них держал ведро на весу, Арсэль, указав пальцем на статую, сказал:

– Шайтан!

Тело рабочего с ведром качнулось, подалось вперед, и ведро, вылетев из его рук, опрокинулось прямо на многозначительную физиономию статуи. Вниз по шее, плечам и груди величественного Ильича потекла вонючая грязная жижа. Пацанва завопила от восторга, а начальственные фигуры застыли в оцепенении. Потом говорили, что отмывать «тело» вождя пришлось до самых сумерек.

Я догадывался, что, напомнив мне об этом эпизоде, Арсэль хотел показать, как надо относиться к любой идеологии, сколько бы ни было потрачено слов и речей на ее обоснование. Ее суть проявляется только в поступках и делах: в данном случае достаточно было одного деяния ленинских молодчиков, которые замучили и зверски уничтожили всю семью Арсэля. Любая же теория всегда остается субъективной реальностью и отражает то измерение сознания, в котором живет ее создатель.

Через два месяца в сопровождении своей сестры теща приехала в Грозный, и смерть ее наступила в назначенный срок. В тот же день я попросил друзей перетащить черное фортепьяно на пустошь и там сжег его, помолившись и поблагодарив Бога за преподнесенный урок. Именно тогда я окончательно осознал как непреложный факт то, что каждый из нас живет в своем измерении, в мире, который он выстроил собственным индивидуальным сознанием и который предопределяет нашу судьбу, и этот наш личный мирок страшно далек от той объективной реальности, законы которой становятся для нас непреодолимым камнем преткновения.

 

 

Additional information